RU / EN
Главная » О нас » Пресс-центр » Минфин предложил поэтапное введение института частных приставов по взысканию задолженности

Минфин предложил поэтапное введение института частных приставов по взысканию задолженности 16 января 2020

По мнению ведомства, это позволит снизить нагрузку на сотрудников ФССП и перераспределить высвобождающиеся бюджетные ассигнования

Комментируя «АГ» опубликованный Минфином Обзор бюджетных расходов на реализацию функций и полномочий ФССП за 2019 г., эксперты отметили его объективность, а также то, что структура распределения расходов за последние годы существенно не изменилась. По их мнению, введение института частных судебных приставов представляется логичным и целесообразным и положительно отразится на взыскании долгов.

Министерство финансов РФ представило Обзор бюджетных расходов на реализацию функций и полномочий ФССП за 2019 г. В документе отмечается, что важной особенностью российской системы принудительного исполнения является ее функционирование только за счет средств федерального бюджета. С целью оптимизации бюджетных расходов и повышения эффективности функционирования системы принудительного исполнения Минфин предлагает рассмотреть вопрос постепенного (поэтапного) внедрения элементов частного исполнения судебных решений.

В качестве примера эффективного перехода от публично-правового порядка исполнения судебных решений к частно-правовому ведомство привело пример Республики Казахстан, где в 2015 г. была внедрена автоматизированная информационная система органов исполнительного производства, впоследствии переданная Минюстом РК в доверительное управление Палате частных судебных исполнителей. Также Минфин России сослался на опыт Болгарии, где действует принцип территориальной организации службы исполнения судебных решений, основанный на критерии численности населения, – одна должность судебного исполнителя на 30 тыс. жителей. При этом частные приставы как независимые профессионалы входят в Палату частных исполнителей и действуют на основании лицензии, выдаваемой министерством юстиции Болгарии.

Ведомство также отметило российский опыт интеграции элементов частного исполнения в государственную систему – наличие института частного сыска (поиск должника и его имущества взыскателем без использования государственной системы принудительного исполнения), а также введение в июле 2016 г. коллекторских организаций – профессиональных взыскателей просроченной задолженности вне рамок исполнительного производства, без применения мер процессуального исполнения и совершения исполнительных действий.

Вместе с тем, сообщается в обзоре, недостаточное развитие указанных элементов не позволяет в полной мере повысить эффективность системы принудительного исполнения при сохранении текущего уровня финансирования, а также сэкономить бюджетные средства без потери результативности.

Так, по данным ФССП, в 2018 г. на исполнении находилось около 34,6 млн актов судов и других органов на общую сумму взысканий свыше 5,6 трлн руб. как в пользу госорганов и государственных внебюджетных фондов (68,7% от общего количества производств, или 15,1% от общей суммы, подлежащей взысканию), так и в пользу юридических (24,4% и 70,1% соответственно) и физических (5,1% и 12,5% соответственно) лиц.

По итогам 2018 г. было окончено и прекращено 52,6 млн производств на общую сумму 4,4 трлн руб. При этом на одного пристава приходилось в среднем 3,7 тыс. производств. На реализацию функций и полномочий ФССП из бюджета на одного сотрудника в среднем было выделено 637,9 тыс. руб. (охрана зданий и помещений судов, обеспечение порядка их деятельности – 598,7 тыс. руб., принудительное исполнение актов судов и других органов – 715,8 тыс. руб.).

Кроме того, Минфин отметил недостаточную результативность ряда категорий производств в интересах государства, а также имеющих важное социальное значение. В частности, по делам, где взыскателем выступает Пенсионный фонд РФ, взыскано (прекращено взыскание) 46,8% от общей суммы, подлежащей взысканию. По производствам, где взыскателями являются физлица, – 29,3% (из них по алиментам – 25,9%); кредитные организации (должники-юрлица) – 52,3%.

По мнению ведомства, это объясняется, в том числе, существенной фактической нагрузкой на приставов, которая в 13,8 раза превышает норму, определенную Постановлением Минтруда и Минюста РФ от 15 августа 2002 г. № 60/1 «Об утверждении норм нагрузки судебных приставов». Кроме того, низкий уровень взыскания задолженности в интересах государства также в значительной степени обусловлен факторами, не зависящими от приставов. «Прежде всего, это связано с поступлением на принудительное исполнение документов со значительными суммами, взыскание которых заведомо бесперспективно (неосуществление финансово-хозяйственной деятельности либо исключение из ЕГРЮЛ на момент предъявления документов и др.)», – сообщается в обзоре.

Вместе с тем, подчеркивается в документе, существенный объем работы приходится на производства, должниками по которым выступают юрлица, – т.е. на сектор, напрямую не затрагивающий интересы государства и конкретных граждан, который может быть передан частным судебным исполнителям.

 
 

Минфин напомнил, что в 2014 г. был подготовлен проект поправок в Закон о судебных приставах, предусматривающий создание института частных приставов, который пока так и не рассмотрен. В 2017 г. Центр стратегических разработок опубликовал аналитический отчет «Исполнение судебных решений и организация работы судебных приставов», подготовленный экспертами Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге (о чем ранее писала «АГ»). Кроме того, в 2019 г. на заседании Комитета Российского союза промышленников и предпринимателей по собственности и судебной системе сообщалось о начале подготовки нового законопроекта, который в настоящее время рассматривается Минюстом.

По мнению Минфина, внедрение института частных приставов позволит разграничить работу по исполнительному производству между частным и государственным секторами: так, взыскания в пользу юрлиц целесообразно передать частным приставам, а те, где взыскателями являются госорганы и физлица, оставить в ведении ФССП. Данная мера, полагает ведомство, позволит не только сократить нагрузку на действующих судебных приставов без увеличения их численности и повысить результативность функционирования системы принудительного исполнения, но и высвободить бюджетные ассигнования, при необходимости направив их на увеличение оплаты труда сотрудников ФССП и техническое оснащение, в том числе внедрение новых электронных систем документооборота и оповещения.

Помимо этого предлагается оптимизировать полномочия по охране зданий судов и судебных участков мировых судей, что, как полагает Минфин, позволит высвободить приставов, осуществляющих данные функции, и перераспределить их для обеспечения надлежащего уровня безопасности судей, участников судебных процессов, посетителей судов и должностных лиц ФССП при исполнении служебных обязанностей, а также для охраны структурных подразделений территориальных органов ФССП, осуществления принудительных приводов и иных полномочий, возложенных законодательством.

Так, по информации ФССП, в случае передачи полномочий по охране зданий (помещений) федеральных судов нормативная численность приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судов составит свыше 31 тыс. (текущий норматив – более 49,5 тыс.). В обзоре также отмечается, что сейчас штатная численность приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судов составляет менее 25 тыс.

 
 

Министерство также указало на необходимость дальнейшего совершенствования и модернизации порядка извещения лиц, участвующих в исполнительном производстве, с использованием современных цифровых технологий, в том числе СМС-оповещений. В частности, предлагается разработать поправки в нормативные акты, предусматривающие в качестве условия использования физлицом личного кабинета в федеральной государственной информационной системе «Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)» указание адреса электронной почты и (или) номера мобильного телефона, а для юрлиц – обязательное указание актуального адреса электронной почты при регистрации в ЕГРЮЛ, которые бы считались надлежащим каналом связи с ними для всех заинтересованных госорганов, включая ФССП, для доставки соответствующих уведомлений (извещений).

Комментируя «АГ» обзор, советник юстиции РФ третьего класса, председатель правления РО МОО «Ассоциация ветеранов Службы судебных приставов» Алексей Шарон отметил его объективность. «Единственное – в нем не учтено, что в деятельности судебных приставов уже не так мало частного элемента. Например, оценку имущества должников производят сторонние организации, реализацию имущества тоже выполняют частники (аккредитованные уполномоченным органом – Росреестром)», – пояснил он.

Эксперт добавил, что первоначальный курс для разгрузки ФССП и решения проблемы взыскания задолженностей, взятый «на коллекторов», показал свою неэффективность, прежде всего, потому, что у коллекторов отсутствуют реальные эффективные средства взыскания долга – наиболее сложные случаи все равно реализуются судебными приставами, которые могут обращать взыскание на денежные средства и имущество должников, производить розыск имущества, регистрировать его за должником, оспаривать сделки последнего и т.п.

«Опыт зарубежных государств и стран СНГ показывает, что частные приставы хотя и не решили всех проблем взыскания долгов, однако сделали процедуру взыскания долга с юрлиц конкурентной с государственными приставами (Украина)», – резюмировал он. Постепенное введение института частных судебных приставов, считает Алексей Шарон, положительно отразится на взыскании долгов.

По мнению старшего партнера АБ «МАГРАС», председателя комитета развития правовых услуг и экспертизы законопроектов Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Екатерины Авдеевой, указанная в обзоре структура распределения расходов за последние годы не претерпела существенных изменений. «При этом отмечается чрезмерная нагрузка на одного судебного пристава, которая превышает нормы более чем в 13 раз, – заметила она. – Также была констатирована недостаточная эффективность системы принудительного исполнения. Так, в отчетах, размещенных на сайте ФССП, можно увидеть, что несмотря на высокий процент фактического исполнения от количества исполнительных производств, сумма фактического исполнения находится на уровне менее 10%. Это свидетельствует о том, что исполнительные производства на значительные суммы не завершаются фактическим исполнением и больше сопряжены с предпринимательской деятельностью, с деятельностью юрлиц».

В этой связи, добавила эксперт, указание в обзоре на целесообразность рассмотрения вопроса постепенного внедрения элементов частного исполнения для повышения эффективности функционирования системы принудительного исполнения и увеличения количества фактически исполненных решений суда представляется логичным и целесообразным. «Это целесообразно и с точки зрения распределения бюджетных денежных средств, так как вопросы взыскания между коммерческими организациями логично осуществлять не за счет средств налогоплательщиков, а за счет их собственных средств, которые впоследствии они смогут взыскать с компании-должника», – пояснила Екатерина Авдеева.

При этом важно, подчеркнула она, чтобы при создании института частного исполнения были учтены такие вопросы, как верификация исполнительных листов, единой базы исполнительных производств, препятствующих повторному взысканию, вопросы взаимодействия с ФССП, контроля частных судебных исполнителей, организации их доступа к информации, надлежащего уведомления. Кроме того, считает Екатерина Авдеева, на стадии подготовки законопроекта необходимо проанализировать вопросы формирования тарифов на оказание услуг, оплаты услуг при передаче дел другим территориальным подразделениям, а также возможное введение согласия (по аналогии с третейской оговоркой) на передачу дела частному судебному исполнителю для предотвращения споров, касающихся расходов на взыскание.

Адвокатская Газета

Партнёры