Платформа для обработки бизнес-запросов предпринимателей
RU / EN
Главная » О нас » Пресс-центр » Новости » Сергей Недорослев провёл совместное заседание Комитета по оборонпрому и Комиссии по стратегии развития машиностроения СоюзМаша

Сергей Недорослев провёл совместное заседание Комитета по оборонпрому и Комиссии по стратегии развития машиностроения СоюзМаша 05 апреля 2016

Сопредседатель «Деловой России», член бюро правления общероссийского отраслевого объединения работодателей «Союз машиностроителей России» Сергей Недорослев провёл совместное заседание Комитета по оборонной промышленности и Комиссии по стратегии развития машиностроительной отрасли Союза машиностроителей России.

После вступительных слов председателя Комитета по оборонной промышленности СоюзМаша Азрета Беккиева и самого Сергея Недорослева, который возглавляет в СоюзМаше Комиссию по стратегии развития машиностроительной отрасли, участникам был представлен обобщающий доклад «Пути развития машиностроения и ОПК РФ в современных условиях». Доклад представил партнёр компании «СПГ» (Strategy Partners Group) Артём Малков.

О будущем машиностроения и ОПК

Надежды на существенный рост машиностроения в мире в ближайшем будущем нет, так как оно относится к сектору товаров инвестиционного спроса, а этот сектор во время кризиса падает быстрее и сильнее всего, начал своё выступление Артём Малков. По его словам, последствия глобального кризиса 2008-2009 годов ещё сохраняются, и, по мнению многих экспертов, кризис может возобновиться, так как не решена проблема Греции, сырьевые цены падают, а китайская экономика замедляется. «Всё это создаёт существенные риски и не даёт нам надежды на быстрый рост машиностроительного бизнеса. В целом ситуацию в секторе можно описать как близкую к стагнации», – констатировал докладчик.

В России оборонную промышленность поддерживает военно-техническое сотрудничество (ВТС), но риски в последнем возрастают, отметил он: рынок сильно политизирован, в мире происходят существенные изменения в альянсах и союзах, ряд стран-покупателей российской военной продукции развалены. «Поэтому полагаться целиком на ВТС – это значит стоять на одной ноге», – убеждён эксперт.

Внутренний рынок машиностроения, особенно гражданского, мал, и шансов на его значительный рост нет, продолжил Артём Малков: в России проживают 140 млн человек, доходы на душу населения достаточно низкие. «Нельзя рассчитывать на импортозамещение в закрытой среде, – сказал он. – Ни одна машиностроительная компания не работает только на внутренний рынок. Это касается даже корпораций Европы и США, чьи рынки несопоставимо больше нашего». По его словам, условно малые страны, такие как Бразилия, Канада, Великобритания и Южная Корея, максимально экспортно ориентированны. «Внутренний рынок – это хорошая, важная точка старта, и на ней надо всё обкатывать, но выживать за счёт внутреннего рынка не получится», – резюмировал автор доклада.

Внутренний рынок для военной продукции также будет сжиматься, прогнозирует он: гособоронзаказ, скорее всего, будет подвергнут существенному пересмотру и уже пересматривается. В России наблюдается чёткая корреляция объёма госзаказа с ценами на нефть в долларовом выражении, обратил внимание эксперт, а значит, снижение цены на нефть автоматом приведёт к сокращению гособоронзаказа. «Мы сейчас являемся свидетелями затухающей волны поддержки машиностроения и ОПК. Резервы кончаются, бюджет дефицитный, сокращаются федеральные целевые программы, госпрограммы. Надежды на то, что кто-то будет продолжать вливать в тех же масштабах деньги, как их вливали ранее, не остаётся», – подытожил он.

Чтобы переломить ситуацию, необходимо искать новые точки роста по выручке и повышать внутреннюю эффективность, считает Артём Малков. Под первым «рецептом» он подразумевает прежде всего диверсификацию машиностроения – «те компетенции, которые создаются в ОПК, по возможности стараться масштабировать в гражданские сектора, где они востребованы». Например, технологии военной робототехники можно использовать для производства роботов для шельфа или для охраны портов. «По этому пути идут все западные высокотехнологичные компании, – подчеркнул эксперт. – Например, производитель ракет Lockheed использует технологию моделирования местности, которую он выделил в отдельную компанию и продал Apple, которая теперь использует её для прокладки маршрутов».

Второй источник повышение выручки – это встраивание в международные цепочки кооперации. Сейчас российские машиностроители присутствуют на международном рынке в основном только как производители финальной продукции. «По производству компонентов у нас всё гораздо хуже, – посетовал Артём Малков. – Наши производители авиакомпонентов делают их в основном только для наших же воздушных судов. Чем ниже мы идём по созданию цепочки добавленной стоимости, тем обычно менее развиты наши компетенции. Например, элементная база считается одним из наших самых слабых мест. Сейчас ни одна страна в мире, включая США, не производит технику без сложной системы кооперации. И наша задача – встраиваться в эту систему на уровне компонентов».

Под повышением эффективности докладчик имеет в виду прежде всего повышение производительности труда. По его словам, в настоящее время по этому показателю Россия отстаёт от развитых стран в 5-6 раз, а с учётом упавшего курса рубля ещё больше. «Причина – в банальной неэффективности и в индустриальной модели, – объяснил Малков. – У нас большинство процессов – от литья, штамповки, механообработки до финальной сборки – осуществляют вертикально интегрированные компании. Во всём мире действует сложная система кооперации, когда «финалисты» делают именно финальную продукцию, а развитая система поставщиков делает все остальные нижестоящие переделы».

По его словам, во всём мире поставщики не появляются сами по себе, их создают «финалисты». Например, производители частей фюзеляжа для Boeing и Airbus изначально были частями этих компаний, но затем были проданы и стали независимыми.

На фоне сокращения госрасходов на ОПК, компаниям отрасли не остаётся иного выхода, как привлекать частный капитал. В США все военно-промышленные компании, за исключением пороховых заводов, частные. В Европе государство чаще всего имеет какую-то долю в компаниях ОПК (25%, «золотую акцию», иногда 50%) при значительной или основной доле частного капитала.

Кроме того, очень существенно снижает эффективность отрасли государственное регулирование. Например, из-за принципа «20+1» делать все комплектующие самому предприятию выгоднее, чем отдавать на аутсорсинг. «Не изменив этого, мы не разовьём систему поставщиков», – категоричен Артём Малков. «Медвежью услугу» машиностроению оказывают и бесплатные деньги в виде ФЦП: любой гендиректор может купить по ФЦП станок и начать делать что-то новое, вместо того, чтобы заказать это у профессионалов. «Созданы все условия, чтобы все делали всё у себя и ничего не отдавали на кооперацию», – описал ситуацию докладчик.

Наконец, контрпродуктивна позиция государства относительно рабочей силы, из-за которой предприятия вынуждены сохранять неэффективные рабочие места ради поддержания занятости.

Какие шаги предпринимать? По мнению Артёма Малкова, бизнесу нужно ориентироваться на конкурентные рынки и развивать отсутствующие компетенции (в частности, маркетинг и продажи). Руководитель проекта во всём мире отвечает за финансовый результат проекта, он отбивает инвестиции, у нас же это генеральный конструктор, что неправильно. Необходимо уделять внимание сервису и постпродажному обслуживанию. «Наши производители считают, что как только выкатили из ангара самолёт, работа сделана», – пояснил эксперт. России также нужно активнее участвовать в международных альянсах, отдавая некоторые некритичные компетенции в обмен на рынки, и стараясь локализовать импортные технологии. «Финалистам» надо сфокусироваться на финальной сборке, а всем остальным элементам цепочки – на ключевых для них переделах.

Государству для изменения ситуации следует перейти от фокуса на директивной поддержке к фокусу на поддержке среды и спроса. «Меры должны быть как можно более универсальными. Финансировать отдельные проекты надо лишь в исключительных случаях», – пояснил Артём Малков. Кроме того, первые лица государства должны оказывать поддержку машиностроительным компаниям на внешних рынках, уверен он. Наконец, государству следует отказаться от установки на сохранение неэффективных рабочих мест любой ценой. Лучше поощрять мобильность населения и переобучение неэффективных сотрудников.


Как готовить инженерные кадры

Выступивший следом партнёр компании «СПГ» Сергей Лозинский рассказал о ситуации с подготовкой инженерных кадров для высокотехнологичных производств. По его словам, с точки зрения статистики в России с этим всё хорошо: инженеров готовится много, их количество растёт. Хотя только 24% инженеров устраиваются по специальности, тем не менее, их прибывает на производство больше, чем выбывает.

«При этом сохраняется огромный дефицит инженерных кадров, даже в инжиниринговых центрах при вузах, которые, казалось бы, вольны выбирать кого угодно, – подчеркнул Лозинский. – Это связано с тем, что компетенции выпускников вузов не соответствуют потребностям работодателей».

Согласно результатам исследования, многие опрошенные компании не считают, что подготовка кадров является в том числе их задачей. Только половина компаний регулярно занимаются подготовкой кадров, и то это в основном краткосрочные образовательные программы, посетовал эксперт.

Он сообщил, что с точки зрения опрошенных предприятий качество образования с 2010 по 2015 год стабильно ухудшается, но при этом ценность персонала для компаний растёт, и они заинтересованы в улучшении кадров и занимаются этим.

«Мы теряем возможность готовить кадры с прежним уровнем подготовки для старой индустриальной модели, а для новой модели, которая формируется в промышленности, мы пока не знаем, как готовить кадры», – так Сергей Лозинский сформулировал основную проблему инженерного образования в России.

Эксперт рассказал, что компания «СПГ» проанализировала по ряду специальностей образовательные стандарты, которые составляет Минобрнауки, и профессиональные стандарты, которые формулирует профессиональное сообщество. Выяснилось, что есть большие проблемы как с наполнением профстандартов, так и с огромными расхождениями между профессиональными и образовательными (государственными) стандартами. Он привёл пример: «В профстандартах специалистов аэрокосмической отрасли «забыли» упомянуть такую основополагающую компетенцию, которая есть в госстандартах, как умение проводить эксперименты и статистически обрабатывать результаты».

По словам партнёра «СПГ», обычно на Западе к образовательным стандартам профессиональное сообщество «добавляет» некоторые актуальные и специфические компетенции, такие как знание языков и умение работы в мультикультурной среде. Хорошая ситуация с кадрами там сложилась не сразу, а в результате долгого и сложного переговорного процесса между обществом и компаниями. «Традиционные взгляды на кадры у них сильно различаются, – пояснил Лозинский. – Компания хочет получить готового специалиста для конкретного рабочего места. Для общества же более важна мультидисциплинарная подготовка кадров, так как человек в течение жизни может сменить работу 5, 10, 15 раз. С точки зрения общества, карьера человека – это способ наращивать компетенции и личностного развития».

В итоге за рубежом расходы на «доводку» сотрудников государство переложило на компании. Госрасходы на профобразование там снижаются, но государство с помощью налоговых стимулов помогает компаниям, которые выращивают кадры.

«Мы рискуем потерять компетенции во многих направлениях машиностроения, – констатировал докладчик. – Простая замена специальностей, усложнение курсов, разработка новых программ отдельными элементами не решат проблему». По его мнению, в идеале надо провести масштабное исследование, чтобы понять, какие инженерные кадры понадобятся российской экономике к 2030 году и как их готовить. Но в текущих условиях Минобрнауки на это вряд ли пойдёт, усомнился эксперт.

Поэтому для начала он предложил пересмотреть взгляд на модель высшего инженерного образования и понять, как сами предприятия могут доводить сотрудников до нужного уровня компетенций.

 
Стимулы для инноваций

Вице-президент, руководитель Аналитического центра «Деловой России» Анастасия Алехнович рассказала о ситуации с финансированием НИОКР в России и о международном опыте господдержки НИОКР.

По её словам, в большинстве развитых стран инновации развиваются в основном на частные деньги. Например, в Японии на частный бизнес приходится 76% расходов НИОКР, на государство – 17%, в Германии – 66% и 29% соответственно. В России почти противоположная ситуация: 68% расходов на НИОКР несёт государство и лишь 27% – бизнес.

По её словам, бизнес эффективнее государства в развитии технологий ближайшего будущего: он лучше чувствует потребителя, лучше знает конкурентов конкретного продукта, он материально заинтересован в повышении производительности труда, в модернизации производства, в создании новых продуктов, в выведении их на новые рынки и т.д. Поэтому во всём мире вместо того, чтобы тратить на НИОКР бюджетные деньги, власти стараются создавать условия, чтобы в исследования и разработки вкладывались сами предприниматели, сообщила Анастасия Алехнович. Как результат, доля общих расходов на НИОКР от ВВП в большинстве стран ОЭСР в разы больше, чем в России: в Израиле – 4,3%, в Корее – 4%, в Финляндии – 3,4%, тогда как в России – 1,1%.

Хотя в абсолютных цифрах Россия по тратам на НИОКР входит в топ-10 стран (24,5 млрд долл. в 2012 году), она сильно отстаёт от лидеров рейтинга (США – 397 млрд, Китай – 255 млрд, Япония – 134 млрд). Но главное – сомнительна экономическая эффективность этих российских расходов, так как большая часть исследований не коммерциализируется.

Давно доказавший свою эффективность способ «заставить» предпринимателей вкладываться в исследования и модернизацию производства – это налоговые льготы, рассказала Алехнович. По её мнению, в России могла бы прижиться канадская система поддержки научных исследований. В Канаде при проведении НИОКР любая компания может в течение первого года амортизировать сразу все 100% понесенных расходов и дополнительно на ту же сумму снизить налогооблагаемую базу. Иными словами, там расходы на исследования и разработки учитываются в затратах в двукратном размере. Например, если стоимость разработки трактора составила 20 млн долл. США, база налога на прибыль может быть сокращена на 40 млн. Более того, чем выше затраты канадских компаний на НИОКР, тем ниже для них ставка налога на прибыль. Если компания тратит на исследования и модернизацию 50% своей прибыли, налог на прибыль для неё вовсе обнуляется. Такие налоговые стимулы побуждают канадские предприятия вкладываться в модернизацию и НИОКР.

По мнению Алехнович, давно назрела необходимость внедрить аналогичные стимулы и в России. Чтобы снизить риски, для начала можно распространить подобную схему только на компании, отвечающие ряду требований (к благонадёжности, потенциалу развития, к численности сотрудников и т.д.). Этот механизм исключает «серые» схемы уклонения от уплаты налога на прибыль и при этом стимулирует предприятие вкладывать деньги в разработки и в модернизацию производства, заключила эксперт.

Завершая заседания, его модератор Сергей Недорослев попросил докладчиков сформулировать основные идеи в виде конкретных предложений, чтобы впоследствии направить их в правительство.

Три дня до получки: «Деловая Россия» предлагает ускорить раскрытие счетов эскроу для застройщиков
Отсрочное дело. Налоговые послабления для МСП планируют продлить на полгода
Не одинокие в сети: бизнес настаивает на продлении онлайн-ипотеки
«Деловая Россия» попросила кабмин сохранить послабления до конца года
Пятой части компаний нечем платить налоги
Без помощи государства бизнес может накрыть волна банкротств
«Деловая Россия» предложила продлить возможность оформления ипотеки онлайн до 2021 года
Проект предусматривает возможность для банков открывать счета физических лиц, включая эскроу, на основе удаленной идентификации клиентов
Бизнес-объединения попросили Мишустина о новых налоговых отсрочках для гостиничной отрасли
В качестве мер поддержки авторы письма предложили предоставить гостиницам отсрочки по налогам до 31 декабря 2021 года
МСП ожидает от нацпроекта по туризму налоговых льгот и мер поддержки небольших проектов
Представители бизнес-объединений считают, что национальный проект должен содержать конкретные меры по изменению нормативной базы, а также финансовому и налоговому стимулированию отрасли
Партнёры