RU / EN
Главная » Генеральный совет » Точки зрения » Высокопроизводительный резерв экономики

Высокопроизводительный резерв экономики 26 января 2015

Борис Титов, уполномоченный по защите прав предпринимателей при президенте РФ, сопредседатель «Деловой России». 

Ответом на вызовы нынешнего кризиса должно стать повышение производительности труда в российской экономике и создание новых высокопроизводительных рабочих мест. Самый большой резерв повышения эффективности кроется в обрабатывающей промышленности.

Падение цен на нефть обнажило проблемы российской экономики, хорошо известные и власти, и бизнесу, — критическую зависимость от экспорта энергоносителей, низкую производительность труда, слабость отечественного производственного сектора.

И лекарства давно известны, альтернатив им нет. Это повышение производительности труда, создание современных производств с высокопроизводительными рабочими местами. Главный потенциал кроется в обрабатывающей промышленности.

Даже конкретные показатели уже есть — создание до 2018 года 25 млн высокопроизводительных рабочих мест. Эта задача, поставленная президентом России Владимиром Путиным, была сформулирована в рамках программы «Новая индустриализация», разработанной «Деловой Россией».

Создавая этот план, мы исходили из того, что любая экономическая программа, не имеющая конкретного проверяемого KPI, может утонуть в бюрократических проволочках, быть выхолощена ими. Только при наличии измеряемого показателя можно судить об успешности принимаемых мер, корректировать проводимую политику, всегда видеть реальную картину происходящего.

Сегодня все задачи экономической повестки дня (диверсификация экономики, технологическое обновление, развитие промышленного потенциала) концентрируются вокруг одной ключевой задачи — необходимости радикального повышения производительности труда. По этому показателю мы в среднем в 2,5–3 раза отстаем от развитых стран, по крайней мере в сфере обрабатывающих производств. Так, по статистике ОЭСР, среди стран — участниц этой организации Россия заняла бы по производительности труда предпоследнее место. Она составляет примерно 39% от уровня США (примечательно, что эта цифра слабо меняется еще с советских времен).

Поэтому создание 25 млн новых (и модернизация существующих) высокопроизводительных рабочих мест (ВПРМ) и было принято в качестве KPI «Новой индустриализации».

Однако после того, как глава государства зафиксировал эту задачу в указе «О долгосрочной государственной экономической политике», изданном в мае 2012 года, нам еще пришлось выдержать серьезный спор в правительстве о методике подсчета ВПРМ.

Росстат предлагал считать их по уровню заработной платы, с чем мы были категорически не согласны, так как это серьезно деформировало бы реальную картину вещей. Ведь в России, к сожалению, уровень заработной платы далеко не всегда коррелирует с производительностью труда, особенно в госсекторе. В конце прошлого года наша точка зрения все же возобладала, и теперь оценка количества ВПРМ будет основана на отношении добавленной стоимости (для компаний и индивидуальных предпринимателей, применяющих специальные режимы налогообложения, — выручки) к числу работников. Эти решения утверждены межведомственной комиссией под руководством Аркадия Дворковича.

Этот, казалось бы, чисто бюрократический момент на самом деле весьма принципиален. В России достаточно программ поддержки малого и среднего бизнеса, развития промышленности и сельского хозяйства. Однако в силу того, что они реализуются различными ведомствами, а многие внедрены только на уровне отдельных субъектов РФ, общая картина их эффективности сильно размыта и весьма отличается от министерства к министерству, от региона к региону. Теперь у всех программ появится единый знаменатель — увеличение числа ВПРМ. В данной программе нашими ключевыми партнерами будут Минэкономразвития, Минпромторг, Минсельхоз, Минстрой, Минрегионразвития, Минсвязи, то есть все ведомства, которые реализуют программы поддержки бизнеса.

Места надо знать

Именно по этой методике аналитический центр «Деловой России» совместно с рейтинговым агентством «Эксперт РА» впервые провел исследование состояния производительности труда в России по отраслям и регионам.

По нашим данным в 2013 году в экономике России насчитывалось 18,1 млн высокопроизводительных рабочих мест, исходя предельных значений, которые мы рассчитали для каждой отрасли (см. таблицу 1)

Региональный срез по-своему предсказуем: в лидерах — Москва и Санкт-Петербург с прилегающими областями, Сахалин с добычей полезных ископаемых, Калужская область с автокластером и Белгородская с сильным агропромышленным комплексом. Только десять областей имеют долю ВПРМ выше среднероссийской. Большой потенциал роста лежит в модернизации старых промышленных районов Урала и Сибири, которые могут стать бенефициарами большого оборонного заказа. Отсталость в этом показателе регионов Северного Кавказа тоже предсказуема, так как они были сильнее других деиндустриализированы, а в агропроме регионов преобладают неэффективные мелкие хозяйства.

Магазинов под завязку

Как известно, в 2012 году мы наблюдали десятипроцентный рост числа ВПРМ, в 2013-м — рост на 4%. То есть создать к 2018 году 25 млн ВПРМ реально! Но где?

В случае с торговлей мы, очевидно, наблюдаем последствия проникновения в глубинку розничных сетей, гораздо более эффективных в сравнении с низкопроизводительной несетевой розницей. Однако возможности дальнейшего быстрого роста здесь близки к исчерпанию. Магазины современных форматов уже перебрались из областных и районных центров в совсем небольшие городки — таким образом, их экстенсивный рост наталкивается на неизбежные ограничения. А быстрый интенсивный рост вряд ли возможен по той простой причине, что отечественные сети (прежде всего продовольственные) демонстрируют уровень эффективности, сопоставимый с западным.

ТЭК работает на пределе

Вряд ли стоит рассчитывать на ощутимое увеличение вклада в массовое создание высокопроизводительных рабочих мест и в топливно-энергетическом комплексе, а также в добыче полезных ископаемых. По доле ВПРМ добывающие отрасли со своими 1,8% в явных аутсайдерах. Что неудивительно, поскольку ТЭК — и не только в России, а почти повсеместно — отрасль прежде всего капитало-, а не трудоемкая. При сравнительно стабильных объемах добычи и громадных доходах у нефтегаза и даже у угольщиков есть возможности постоянно наращивать производительность труда, которая в отрасли ведет не к замещению неэффективных мест эффективными, а к постепенному сокращению первых и повышению отдачи последних. Эта тенденция отразилась в уменьшении числа ВПРМ в добыче полезных ископаемых на 6,2% за 2013 год при одновременном росте добавленной стоимости на 67%.

АПК экономит на кадрах

Не по плечу задача масштабного наращивания эффективных рабочих мест и аграрно-промышленному комплексу. Здесь за последнее десятилетие благодаря массированным инвестициям в создание современных производств произошло практически полное импортозамещение по мясу птицы (свыше 95% — внутреннее производство), близится к завершению аналогичный процесс в свиноводстве. Урожайность зерна на Кубани приближается к североамериканскому уровню. Да и в целом продолжающаяся урбанизация делает наиболее вероятной в повышении производительности труда ту же тенденцию, что и в ТЭКе: не массовое замещение низкопроизводительных рабочих высокопроизводительными, а постепенное общее сокращение занятых на селе рабочих рук за счет повышения эффективности использования остающихся.

Отдельно стоит сказать о финансовом секторе (анализ производительности труда в нем — своего рода ноу-хау исследования «Деловой России»). За 2011–2013 годы число ВПРМ в нем возросло более чем вдвое, достигнув 1 млн 830 тыс. единиц, то есть десятой части всех эффективных рабочих мест. Тем не менее вряд ли стоит рассчитывать, что банкиры, страховщики, биржевые брокеры и т. п. возьмут на себя задачу создания конвейера ВПРМ.

Таким образом, основные перспективы создания ВПРМ в реальном секторе экономики могут быть связаны по преимуществу с обрабатывающей промышленностью — и как трудоемкой, и как имеющей в условиях фактически вынужденного импортозамещения предпосылки для роста.

Переработка над собой

Образуя наибольшее число ВПРМ в российской экономике, обрабатывающая промышленность лидирует и по замещению низкоэффективного труда высокоэффективным — именно в обработке наиболее велика доля высокопроизводительных рабочих мест от всех вновь создаваемых. Если в целом по России за 2012 год, по данным Росстата, возникло 3,3 млн новых рабочих мест (из них высокопроизводительных — немногим менее 700 тыс., то есть около пятой части), то в ряде обрабатывающих подотраслей доля ВПРМ в общем количестве вновь созданных рабочих мест заметно выше (см. графики 3, 4 и таблицу 1). Например, в пищепроме и химии — почти в два раза.

Что касается лидерства пищевки в повышении эффективности труда, то оно закономерно. В этой отрасли, как, пожалуй, в никакой другой, высока доля транснациональных компаний, сумевших внедрить на предприятиях передовые технологии и бизнес-процессы. Свой вклад в создание ВПРМ в отрасли вносят и перерабатывающие подразделения крупных отечественных агропромышленных холдингов, активно инвестирующие в создание производств по выпуску полуфабрикатов и готовой продукции из собственного сырья. Достаточно сказать, что в списке крупнейших инвестпроектов, реализуемых в России до 2020 года, АПК с громадным свиноводческим и перерабатывающим комплексами стоимостью 50 млрд рублей в Псковской области представлен достойно.

Несмотря на впечатляющие показатели обрабатывающей промышленности в деле создания эффективных рабочих мест в сравнении с западными странами она выглядит блекло. Но этот тезис можно сформулировать и иначе: отставание от мировых лидеров наглядно показывает возможность роста. Тем более в связи с импортозамещением, которое сейчас из желаемого становится необходимым.

Масштаб предстоящей работы колоссален. Достаточно сказать, что 3 трлн рублей, которые выделены предприятиям ВПК до 2020 года на модернизацию производства, в России почти что некому осваивать — доля отечественного станкостроения на внутреннем рынке составляет около 7% и постоянно ужимается. Принятие программы развития станкопрома дает основания надеяться на изменение ситуации в отрасли.

Значительные сдвиги происходят в химической промышленности. Завершив шестилетний инвестиционный цикл и введя в строй ряд крупных новых производств, крупнейший отраслевой холдинг «Сибур» смог увеличить выручку на одного работника почти в пять раз — с 1,9 млн рублей в 2007 году до 9,3 млн в 2013-м. Вокруг построенных комбинатов уже создаются кластеры малых и средних предприятий, перерабатывающие производимые на головных фабриках полимеры в готовые изделия. А это тысячи новых рабочих мест.

Значительный прирост ВПРМ обработка может получить за счет роста производства компонентов — к 2018 году, согласно правилам «промсборки-2», их доля в русских иномарках увеличится до 60%.

Огромный потенциал роста производительности труда и создания ВПРМ содержат деревообработка, промышленность стройматериалов и многие другие отрасли. Так что именно перерабатывающая промышленность имеет обоснованные шансы стать локомотивом повышения эффективности отечественной экономики. В целом масштабы предстоящей работы колоссальны, но в любом случае иного выбора у России нет.

Материал подготовлен при содействии рейтингового агентства «Эксперт РА». 

Эксперт 

Партнёры