Участники круглого стола обсудили новое регулирование и дали прогнозы развития сектора
Рынок платформенной занятости в условиях дефицита кадров и неравномерной загрузки мощностей становится для бизнеса решением для сокращения операционных издержек, а для экономики и граждан – способом нивелировать рост безработицы и повысить благосостояние. К таким выводам пришли участники круглого стола «Платформенная занятость: баланс интересов бизнеса, государства и человека», организованного «Ведомостями». Новое регулирование платформенной занятости, вступающее в силу вместе с профильным законом и подзаконными актами с 1 октября, сделают правила игры более четкими, что может дать импульс для развития сектора.
Рынок платформенной занятости демонстрирует взрывной рост. По данным исследования Data Insight (подготовлено совместно с Ventra Go), в 2025 году его объем увеличился на 40%, достигнув 240 млрд руб. Государство фиксирует эти изменения на уровне макроэкономики. По оценкам Ассоциации цифровых платформ (АЦП) и НИУ «Высшая школа экономики», вклад платформенной экономики в ВВП страны в прошлом году составил 8,5%, а общий оборот (GMV) превысил 18 трлн руб. «Эффективность труда в платформенной экономике на 30% выше традиционной за счет отсутствия простоев и максимально эффективного использования времени», – подчеркивает президент АЦП Ораз Дурдыев.
Масштаб сектора подтверждается и данными Росстата: по итогам 2025 г. число занятых на платформах достигло 2,4 млн человек, тогда как оценки НИУ ВШЭ говорят о 2-5 млн. Для сравнения: только в сфере такси через платформы ежедневно подрабатывают около 1 млн человек. Дурдыев прогнозирует, что к 2030 г. число вовлеченных в такой формат занятости достигнет 20 млн.
Операционная модель для бизнеса
Для корпоративного сектора платформенная занятость – не просто способ сэкономить, а новый способ перестройки операционных процессов. Основатель Ventra Go Екатерина Карабанова объясняет, что крупные клиенты (фуд- и фэшн-ритейл) полностью перестроили бизнес-процессы и перешли к использованию труда платформенных занятых. «Раньше компания платила за восемь часов простоя, хотя чистая работа занимала четыре часа. Сейчас бизнес выживает за счет привлечения временных трудовых ресурсов», – поясняет она. Особенно это актуально для агросектора с его высокой сезонностью, где потребность в руках может колебаться от сотен до тысяч человек в зависимости от урожая.
Директор сервиса «Авито Подработка» Сергей Яськин приводит данные «Авито» за первое полугодие 2026 г.: спрос на гибкий труд вырос в логистике и на складах на 43%, в общепите (HoReCa) – на 39%, в торговле – на 31%. Бизнес начинает разделять функции: рутинные задачи (например, расстановку коробок) отдают временным исполнителям, которых можно обучить за пять минут, а штатные специалисты фокусируются на продажах и работе с клиентами.
Заместитель председателя «Деловой России» Антон Данилов-Данильян добавляет, что для многих компаний это способ избежать издержек, связанных с содержанием штата. Именно поэтому в законе изначально было определено 15 отраслей для развития этого формата: строительство, торговля, транспорт, логистика, образование, IT и другие.
Портрет платформенного занятого
Стереотип о том, что гибкая подработка – удел исключительно студентов, давно устарел, отметили участники дискуссии. Портрет современного исполнителя кардинально изменился. Карабанова отмечает, что на платформе Ventra Go зарегистрированы 2 млн самозанятых, при этом 65% аудитории – женщины. Более того, 70% исполнителей уже имеют основную работу, используя платформы для достижения желаемого уровня дохода.
С ней солидарен Яськин. По его словам, ядро аудитории – это люди с высшим образованием (60%), больше половины из которых состоят в браке и имеют детей. «Это достаточно крепкое ядро, которое приносит максимальную пользу и платформенной экономике, и заказчикам», – утверждает Яськин.
Платформы стали социальным лифтом и инструментом географического выравнивания, обращает внимание директор департамента цифрового развития и экономики данных Минэкономразвития Владимир Волошин. «Мы, с одной стороны, сделали так, что на всей территории страны можно получить любые товары, а сейчас через развитие платформенной занятости мы переходим к тому, что можно получить еще и решение задачи», – подчеркнул он.
Дурдыев также обращает внимание, что сервисы стирают региональные границы: профессор из Новосибирска может обучать детей из Пятигорска, а жители малых городов получают доступ к сервисам и заработкам, ранее доступным лишь в мегаполисах.
Новые правила
Главным событием отрасли становится вступление с 1 октября нового закона о платформенной занятости. Документ стал результатом масштабного диалога с бизнесом – ведомство учло более половины из 400 страниц замечаний от отраслевых ассоциаций, подчеркнул Волошин.
Одним из ключевых положений закона стала защита от подмены трудовых отношений гражданско-правовыми, отметил директор департамента.
В законе о платформенной экономике уже закреплены несколько общих критериев, позволяющих юрлицам заключать договоры ГПХ с физлицами для выполнения работ. В частности, исполнитель не должен подчиняться графику смен и внутренним регламентам платформы, а также вправе отказаться от заказа без штрафов.
При этом вводится критерий систематичности: если платформа фиксирует, что один заказчик привлекает одного исполнителя более 60 часов ежемесячно на протяжении шести месяцев подряд, она обязана разорвать эту цепочку. «Если человек каждый день приходит в одно и то же место, сохраняя статус самозанятого, это злоупотребление. Граница в 60 часов – это плод долгого поиска баланса между интересами бизнеса и защитой прав граждан», – объясняет Волошин.
После вступления закона в силу платформы обязаны публиковать требования к безопасности и квалификации исполнителей в зависимости от сложности задач, а также предоставлять преференции тем, кто самостоятельно оформил добровольное медицинское или пенсионное страхование, напомнил директор департамента.
Нюансы регулирования
Бизнес в целом приветствует закон, поскольку он устраняет главную боль – правовую неопределенность, считают участники круглого стола. Данилов-Данильян отмечает, что попадание в специальный реестр платформ дает заказчикам уверенность: их отношения с исполнителями не будут переквалифицированы в трудовые, а налоги рассчитываются автоматически. «Для бизнеса неопределенность – это страшная история. Когда есть правила, ты можешь работать и предлагать изменения», – подчеркивает он.
Тем не менее, в вопросе регулирования есть свои нюансы. Карабанова обращает внимание на проблему моногородов и сельской местности. «Если в деревне единственный работодатель – местный ритейлер, то лимит в 60 часов фактически лишает человека возможности легально зарабатывать, потому что ему больше некуда пойти. Мы надеемся, что для таких исключений будут найдены корректировки», – говорит она.
Минэк будет отслеживать правоприменительную практику и при необходимости точечно настраивать нормы, отметил Волошин. Критерий систематичности оказания услуг через платформы может быть скорректирован в ряде случаев, например, если речь идет о небольших поселениях и моногородах, допустил он.
Дурдыев предупреждает о другом риске – давлении традиционных институтов. «Банковское сообщество и классический ритейл могут лоббировать запретительные меры. Наша задача – сохранить парадигму позитивного регулирования, чтобы не убить отрасль, которая дает 8,5% ВВП», – резюмирует он.
Будущее рынка
Взгляд в будущее участники сессии связывают с дальнейшей цифровизацией и усложнением сервисов. Яськин прогнозирует формирование полноценного «цифрового портрета» исполнителя, включающего навыки, сертификаты и историю отзывов. В перспективе алгоритмы смогут выступать в роли консьержей, автоматически предлагая задания на основе анализа поведения и предпочтений человека.
Волошин среди главных трендов выделяет изменения в триаде «технологии, обучение и регуляторика». Платформы возьмут на себя функцию навигации по рынку труда, подсказывая исполнителям, какие навыки необходимо получить, чтобы оставаться востребованными в эпоху роботизации и внедрения ИИ, полагает директор департамента Минэкономразвития.
Карабанова делает акцент на смене парадигмы: «Главный тренд – это человекоцентричность экономики. Платформы создали среду, где рейтинг и репутация исполнителя становятся его социальным капиталом. Человек сам хочет быть хорошим, и эта внутренняя мотивация – огромная сила, которая двигает рынок вперед».
Участники круглого стола пришли к выводу, что платформенная занятость перестает быть теневым явлением и превращается в зрелый институт, способный балансировать между жесткими государственными требованиями и запросом рынка на абсолютную гибкость.
Источник: Ведомости
